Краткое содержание: виртуальный роман развивается слишком гладко. Героиню одолевают подозрения: не может же быть всё хорошо? Должен же быть какой-то подвох? И он есть! Но страшная правда открывается лишь когда расстояние между героями сокращается до пятнадцати метров.

Часть 1. Инструкция.
Часть 2. Рождественская сказка.
Часть 3. Версия итальянца.
Часть 4. Триллер.

Конечно, можно было сказать ему прямо: нет, не прилетай в Гамбург. Я не хочу тебя видеть. Но это было бы враньё, я очень хотела на него посмотреть. Часто ли на моем жизненном пути попадались люди, которые меня понимали? Тем более мужчины? Вот то-то и оно. К тому же, было ясно, что “нет, не прилетай ” он воспримет как “окончательное и бесповоротное “нет”, и не надо больше меня преследовать! Я - не для тебя”. Хотя я, если бы всё-таки и сказала это “нет”, имела бы в виду скорее “пока нет, потому что мне очень страшно”.

Но не сказала.

Остаток времени я провела в ужасной панике. Я боялась любого исхода: что я ему понравлюсь, что он мне понравится, что я ему не понравлюсь, что он мне не понравился. С какой стороны ни посмотри, выходила какая-то ерунда: если мы оба друг другу понравимся, дальше-то что? Если я ему не понравлюсь… нет, такого удара по самооценке я больше не выдержу!

Я как робот занялась собой, то есть сделала маникюр - педикюр - массаж - уход* - покрасилась - постриглась. В общем, стала безупречной. И полетела в Гамбург. Первый день я провела сама по себе, то есть на работе. В кои-то веки корпоративное мероприятие оказалось даже слегка интересным! Естественно, только по контрасту со страшными мыслями о предстоящей встрече. Убегая от них, я дала бодрое интервью немецкому телевидению, посплетничала с иностранными коллегами о том - о сём, в перерывах прошлась в магазинам… Не помогало.

Наконец настало 3 марта 2006 года, пятница. С утра у меня еще была работа, но о ней я думать уже не могла. В голове бурлила каша. Я то начинала писать ему СМС - “не прилетай, я передумала”, то представляла себе, как прячусь в гостиничном номере, не реагируя на звонки и стук в дверь, то воображала пышную католическую свадьбу под орган.

Развязка приближалась. Утром он сел в самолёт, к полудню был в Гамбурге, заселился в гостиницу (не в ту, где жила я), пошел гулять. Он тоже нервничал. Писал мне что-то вроде “боюсь, что увидев меня, ты убежишь и больше никогда ничего мне не напишешь!”. Я в ответ пыталась шутить. Мы договорились встретиться в 7 вечера возле “дома крыс” - ратуши, Rathaus. После обеда работа закончилась. Я ещё немного погуляла, вернулась в гостиницу, полежала на кровати в полной фрустрации, посмотрела китайский канал - ничто так не гипнотизирует меня, как звуки незнакомого языка, но в этот раз даже они не смогли меня успокоить, как и ванна с пеной и уточкой. Оделась, накрасилась и отправилась на свидание.

По дороге, в корчах тревожности, я сделала две компульсивных покупки. Во-первых, я приобрела розовые трусы - с мыслью “а вдруг это будет африканская страсть с первого взгляда и мы сразу же отправимся к нему в номер”. Между этой мыслью и покупкой трусов была какая-то важная логическая связь, но сейчас она от меня совершенно ускользает. Я их не собиралась надевать, а спрятала в сумочку, в потайной карман. Во-вторых, я купила дорогую замшевую куртку - практически такую же, какая была на мне, только новую. Во всём остальном, как уже было сказано, я была безупречна, все элементы внешнего облика были с иголочки, идеально гармонирующие, наглаженные, начищенные и сияющие, и вот только куртка была уже совсем старенькая и потёртая. Я её оставила на крючке в примерочной.

От этого магазина до ратуши оставалось пять минут и двести метров. Уже стемнело, было ветрено и довольно холодно. Я медленно шла и ни о чем не думала - сил уже не осталось. Сто метров, пятьдесят, двадцать…

Впереди замаячила тёмная фигура. Я сразу поняла, что это он, хотя и повертела головой по сторонам, в безумной надежде увидеть кого-нибудь более подходящего. Последние пятнадцать метров в голове моей выл злобный голос: “Дура! И как ты могла надеяться?.. Не ходи туда! Поверни! Убеги!”. Но деваться было уже некуда.

Передо мной стоял гном.

______________________________

*уход на парикмахерском языке означает “посетить косметолога”. Если не знаешь, какая именно процедура тебе требуется, нужно говорить “уход” - и всё тут. А куда уходишь? от кого? надолго ли?.. Не даёт ответа.

Posted by Надя in личное